SpyLOG
Сегодня: 21 Ноябрь 2017, Втр
Карта сайта
«Человек – мир маленький, мир – человек большой»

Армен Григорян, «Крематорий»: «Я получил заряд добра и надежды»

«Есть вещи, которые стоят над религиями, странами и нашими представлениями об этом мире. И то, что было сегодня – стоит над этим миром, двигает сознание человека», - так прокомментировал Армен Григорян, лидер группы «Крематорий», свое участие в проекте «Мудрый рок-н-ролл».
24.10.2007

Марк Розовский: «Я вижу – мир несправедлив, поэтому я исправляю не мир, а себя»


живые вопросы 

Игра присутствует во всем: в жизни, в кино, в театре… Без этого невозможен рост, как и неосуществимо творчество. О том, с кем мы играем и для чего, рассказывает народный артист России, художественный руководитель театра «У Никитских Ворот» Марк Розовский.

– Театр начинается не с вешалки, он начинается с режиссера. Какую тему вы чаще всего берете для своих постановок?

– Нет ничего более интересного, чем человек в самых разных его проявлениях: в заблуждениях, метаниях, поисках истины. Человек не в его идеальном виде, а с его внутренними конфликтами и конфликтами с миром, в котором родился и должен найти себя, в тех поступках, которые определяют смысл его жизни.

– Вы сказали – смысл жизни. Что это для вас?

– Смысл жизни может нам только открыться. Для меня смысл жизни – мое дело, театр, игра. Конечно, к этому свойству прибавляется моя семья, дети, близкие, друзья.

– Фразу Шекспира «Весь мир театр, а люди в нем – актеры» очень любят цитировать, может быть, не очень даже представляя себе, что такое игра в театре и игра в жизни…

Кажется, что игра – это вообще-то нечто легкомысленное, поверхностное. Литература, например, гораздо серьезнее, чем лицедейство, преображение, которому я подвергаю себя и других каждый день.

Знаете, великий английский трагик Лоуренс Оливье придумал себе эпитафию, он хотел, чтобы на его могиле было написано: «Он был забавен». Это говорит о его чувстве юмора, о его любви к жизни и ироничном отношении к самому себе. Ведь если мы глубокомысленно будем относиться к тому, что мы делаем, то будем просто дураками.

Это я и называю игровым началом. Вы можете заниматься самыми серьезными делами, но не терять при этом игру. В театре это очень важно.

Театр придумал подмостки как некое пространство, отделяющее от реальности, от зрителей. На сцене происходит совершенно другое существование. Театр – это то, что приходит ниоткуда и уходит в никуда. Сам акт театрального искусства сопровождается публичностью исполнения, глупо представлять себе театр без зрителей вообще. Всегда волнительно, когда зрительный зал неистовствует, сопереживает, сочувствует, воспринимает волну страдания или наслаждения, которая приходит к нему со сцены.

Вся прелесть в том, что театр сегодня, может быть, единственное место на земле, где имеет подтверждение некая мистика, где есть замкнутое или открытое пространство, в котором возникает некое действо, которого реально нет. Театр – это то, чего нет. Я очень люблю приходить ночью на свою собственную сцену. Я смотрю на декорации, повернутые к стене, – они в спячке, они ждут семи часов вечера, когда загорится свет, когда зрительный зал будет полон, когда начнется этот фантазм.

Но все-таки театр, как говорил Станиславский, это жизнь человеческого духа, это партнерство, это общение. Общение выдуманного мира с реальным – это суть театра. Но этот ирреальный мир – он не фантазм, как я сейчас сказал. Этот мир загадочен, он непостижим. Более того – театр всегда вариативен. В разных театрах одна и та же пьеса – это разные миры. Найти самую глубокую, убедительную, заразительную версию – профессия режиссера.

– Удивительно, какое бешеное, громадное желание владеет режиссером, пока он ставит спектакль!

– Сейчас я скажу вам самую страшную вещь. Я сам пугаюсь этих мыслей.

Мы читали, что Всевышний создал мир за семь дней. Ведь кто-то же создал этот мир, какие-то высшие силы приняли участие в создании этой реальности. Мы эту высшую силу называем Творцом.

А кто такой режиссер? Я прихожу в театр на репетицию, и я творю свой мир – пусть не такой огромный, но это мой мир – мир, сотворенный мной. Он должен быть убедительным и заразительным. Это магический кристалл, который аккумулирует ваше внимание, и я претендую на ту волну, которая возникает из зрительного зала и идет ко мне, а я отсылаю свою волну в зрительный зал.

Когда я начинаю делать спектакль, я, простите, выполняю ту же самую функцию, что и Создатель, Творец. Я замещаю Его на время, на маленьком пространстве… В этот момент я Бог. Но как это так: я – Бог? Так даже думать нельзя! Но, тем не менее, я занят тем же самым делом. Поэтому мы и называем талант – Божий дар, а нашу профессию – священнодействием. Поэтому я говорю своим актерам: «Вы сюда пришли не на службу. Вы здесь занимаетесь служением Высшему». Не мне – какой я Бог?! – грешный человек, единственное, на что я претендую, это на создание мирка, даже не мира – мирка. Но этот мирок попадает в сердце, разрастается от сердца к сердцу, становится действительно духовным миром, который надо и прощупать, и которым надо управлять.

Марк Розовский

– Так вы определяете для себя Духовный мир. Что туда входит?

– Туда входит только один принцип: надо уметь распознать добро и зло. С моей точки зрения, человек, который испытывает стыд, это уже человек с Богом в душе.

Когда-то Лев Толстой сказал: «Царство Божие внутри Вас». Не вне Бог и та сила, на которую можно надеется. Внутри себя попытайся решить все вопросы высшего бытия. Это и есть высшее требование, которое предъявляет Творец. Если я нарушил и испытал по этому поводу стыд, это значит, я прикоснулся к Богу в себе. Или наоборот, я пренебрег этим, и из меня полезла мерзость и гадость.

– Это непросто – жить в мире и гармонии, со смыслом, в таком жестоком мире…

– Мир несправедлив, и есть два вида взаимодействия с этим миром. Первый – я направляю мое «я» на то, чтобы исправить мир. Причем я понимаю, что этот мир невозможно исправить. Я, как Раскольников, беру топор и испытываю себя со старушкой, с тем чтобы переустроить мир. Так делали Наполеон, Ленин, Мао Дзедун, Сталин. Французская революция, прекрасные слова: братство, равенство, свобода. Мы получили по полной программе и братство, и равенство в сталинских лагерях, где мой отец 18 лет отсидел…

Второй путь: я вижу – мир несправедлив, поэтому я исправляю не этот мир, а себя. Конечно, это романтическая идея, но другого пути нет! Потому что первый путь – это топор, атомная бомба, и под прикрытием высоких замечательных слов творится всемирное зло.

– У вас есть книга «Самоотдача» о работе в театре. По-видимому, в это слово вы вкладываете какой-то свой смысл?

– Эта книга о студии «Наш дом», которой я руководил в 60-е годы. А на вопрос, что такое «самоотдача», я отвечу стихами Бориса Леонидовича Пастернака, пьесу которого я сейчас ставлю:

Цель творчества – самоотдача,
А не шумиха, не успех.
Позорно, ничего не знача,
Быть притчей на устах у всех.
И надо жить без самозванства.
Жить так, чтобы, в конце концов,
Привлечь к себе любовь пространства,
Услышать будущего звон.

Вот здесь, мне кажется, полный ответ.

4.22222222222

Теги:

игра культура театр

Рубрики

Живые вопросы

Комментарии


Re: Марк Розовский: «Я вижу – мир несправедлив, поэтому я исправляю не мир, а себя»

Katze, 15:59, 06.12.2007
Неплохая газета, интересные и познавательные статьи, интервью. Мы переводим их на уроках немецкого :)

Добавить комментарий

Международная академия наук высшей школы Университет Российской академии образования Psychologies.Ru Международная академия каббалы «Мудрый рок-н-ролл» в «контакте» Блог газеты «Новое человечество»